Lenya (lenya) wrote,
Lenya
lenya

Categories:

Покаяние. Четверть века спустя...Часть вторая.

Было бы не честно, разместив одну рецензию, мне близкую и понятную, не разместить другую. Итак, культурный фон, который делал "Покаяние" актом искусства, одухотворял сюжет, позволял увидеть и осмыслить образный ряд исчезает. Остается не очень внятная череда картинок, произвольно и прихотливо сменяющих друг друга. Бессмысленных. А бессмысленность раздражает. Особенно, если кто-то говорит, что смысл за этим есть. Собственно, раздражение и выплеснулось. Тоже крайне интересно.

ПОКАЙТЕСЬ, пока о вас не сняли фильм
[Там, где много хвалебных рецензий, должна быть хоть одна злобная]

Как хорошо, что мы живём в эпоху Интернета и открытого доступа к информации. Иначе мы бы не смогли прочесть рецензии авторитетных критиков и никогда бы не поняли картину Тенгиза Абуладзе «Покаяние» (1984).
Зрителям восьмидесятых и девяностых повезло меньше. У них с Интернетом было сложнее. Поэтому им приходилось только гадать, почему, к примеру, по улицам современного города разъезжают на конях средневековые рыцари в латах, откуда взялся рыбий скелет в кармане сына диктатора, зачем невестка Аравидзе танцует вокруг гроба свёкра… и ещё много-много других «почему».
Ответ прост, говорят знатоки. Все фантастические события происходят в мечтах героини. Никого она из гроба не выкапывала – это лишь её фантазии, только в них, а не в реальности, происходит покаяние. Рыба, подвал, мендельсоновский марш – всё это символы, которые ни за что не поймёшь на трезвую голову, не имея определённого, достаточно высокого уровня подготовки. Рыба, пожираемая зловещей фигурой в капюшоне («дьявольской системой») – это человеческая душа и совесть, скелет от неё символизирует человеческое бездушие. Женщина, играющая на пианино на пару со следователем «Свадебный марш», изображает римскую богиню правосудия Юстицию (не Фемиду, у Фемиды нет меча). После этой «свадьбы» она перестала быть беспристрастной, и её, уже с завязанными глазами, направляет следователь, ведя туда, куда нужно ему. И т.д. и т.п.
Но, быть может, смущая и озадачивая нас, фильм дарит некое эстетическое наслаждение? Увы, нет и нет.
Начну с не очень существенного. Озвучка фильма. Она не то чтобы плоха, но… Лучше бы поэт Михаил Квливидзе ограничился переводом, предоставив озвучивание кому-нибудь другому. Нет, где-то, конечно, его грузинский акцент вполне уместен. В устах того же Главного Злодея он звучит более чем естественно. Но когда маленькая девочка говорит новому другу: «Ты не бойся, Хрэстос не умер, он воскрэс», это вызывает совсем не тот эффект, на который рассчитывал режиссёр.
Теперь о более важном – о действующих лицах. Отрицательных персонажей Абуладзе делает безусловными Злодеями с большой буквы «зэ», которые того и гляди разразятся леденящим душу «муа-ха-ха-ха-ха!» (Варлам Аравидзе, кажется, время от времени так и поступает, чередуя дьявольский хохот с утомительно-долгими ариями). Развитие личности, неоднозначность характера? Этого вы здесь не найдёте.
Что касается положительных героев: Сандро, Нино и Кетти Баратели, а также внука диктатора Торнике Аравидзе. С огромными вечно печальными глазами они, простите, унылы чуть более, чем полностью. Смотреть на них тоскливо, а потому сочувствовать им сложно. И ещё: как у Плохих Парней нет добродетелей, так у Хороших – ни одного недостатка. Они все так хороши, добры, справедливы и мудры, что наблюдать за их судьбами становится ещё скучнее.
Итак, если после двух с половиной часов просмотра вы остались недовольны невнятностью сюжета, вам слегка наскучила бесконечная мировая печаль лиц Хороших Героев, у которых всё плохо, общую идею вы поняли, но осталось множество вопросов – знайте, в этом вы не одиноки.
Подводя итог, снова скажу, что «Покаяние» рассчитано на очень, очень хорошо подготовленного зрителя. «Зачем дорога, если она не ведёт к храму?» – гласит финальная фраза, которую так охотно цитируют к месту и не к месту. Думаю, имеется в виду не только обычный храм, место для молитв и богослужений, но и некий абстрактный храм искусства, правды, истины. Так зачем, перефразируем вопрос, создавать картину о правде, которая будет непонятна потенциальной аудитории?
Впрочем, может, потенциальной аудиторией здесь являются как раз те самые авторитетные критики, о которых я говорила в начале рецензии? Видимо, так и есть. Снимать фильм о «простом народе» для «избранных»? Можно, конечно. Кто запретит? Один вопрос – зачем?
Tags: образование, размышлизмы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments